Компенсация морального вреда за незаконное уголовное преследование практика

Размер морального вреда за незаконное пребывание в СИЗО увеличен, определение ВС по делу № 78-КГ18-38

Компенсация морального вреда за незаконное уголовное преследование практика

Каждый из нас не может быть застрахован от противоправных действий со стороны правоохранительных органов. Зачастую человека обвиняют в преступлении, которого он не совершал. Это влечет за собой незаконное содержание в СИЗО.

В такой ситуации законодательство говорит о том, что должен быть компенсирован моральный вред. Однако многим непонятно, кто должен его возмещать и в каких размерах. Определенность в этот вопрос внес Верховный Суд.

Вынося решение в бывшего заключенного, судьи применили не только положения российского законодательства, но и нормы международного права, а также практику Европейского суда по правам человека. Рассмотренное дело показательно по многим вопросам. Но обо всем по порядку.

Можно ли получить компенсацию морального вреда после оправдательного приговора: начало истории

Гражданин Зуев (фамилия изменена) три года ощущал на себе незаконное содержание под стражей. В декабре 2013 года он был выпущен на свободу. А два месяца спустя присяжными в отношении человека был вынесен оправдательный приговор с правом на реабилитацию.

Зуев справедливо посчитал, что ему вследствие незаконного уголовного преследования нанесен моральный ущерб. Он выражался в невозможности видится с родными и содержать их, вести полноценную семейную жизнь. Кроме того, гражданин настаивал на том, что утратили силу все его прежние социальные связи.

В результате потерпевший подготовил иск к Министерству финансов о взыскании морального вреда за счет государственной казны. Свои страдания Зуев оценил в 2 миллиона 333 тыс. рублей из расчета 2 тысячи за каждый день пребывания в СИЗО.

При этом такая сумма обосновывалась истцом с учетом многочисленной практики. Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ). Эти прецеденты сыграют свою роль в итоговом судебном решении.

Ход судебного разбирательства

Итак, вначале по первой инстанции дело рассматривал Петроградский районный суд Санкт-Петербурга. Своим решением от 12.04.2017 г. он удовлетворил иск частично и постановил взыскать с российского Минфина в пользу Зуева моральный ущерб в размере 150 000 рублей.

Санкт-Петербургский городской суд 31 августа 2017 года вынес апелляционное определение, по которому первоначальное решение оставлено в силе. Обосновывая определенную ранее сумму морального ущерба, первая и апелляционная инстанция исходили из следующего.

Действительно, имел место компенсировать моральный вред за незаконное уголовное преследование. Но, по мнению судей, душевные страдания истца были лишь ограничены невозможностью посещать родственников, которые требовали постоянного ухода и содержания.

При этом суды не взяли во внимания доводы Зуева в части утраты социальных связей, невозможности вести семейную жизнь ввиду их недоказанности. Кроме того, была принята степень тяжести преступления, в совершении которого обвинялся истец.

Зуева такое содержание решений не устроило, и он подал кассационную жалобу. В итоге Верховный Суд РФ встал на его сторону. Спор был рассмотрено по существу и определением от 14.10.2018 г. по делу № 78-КГ18-38 исковые требования полностью удовлетворены.

На что обратил внимание Верховный Суд

Мотивируя собственное определение, кассационная инстанция указала на ряд нарушений, которые были допущены на предыдущих стадиях рассмотрения дела.

Так, коллегия судей сделала акцент на ст. 8 международной Конвенции о защите прав человека и основных свобод и практику ЕСПЧ.

В соответствии с изложенными документами под семейной жизнью стоит понимать не только наличие брака как такового, но и общепринятые отношения между родственниками. Суды предыдущих инстанций эти положения не учли.

Существенные обстоятельства, повлиявшие на решение судебной коллегии

Между тем, материалами дело установлено, что Зуев осуществлял заботу над пожилыми нетрудоспособными родителями. Кроме того, он материально помогал проживающему вместе с ними племяннику студенту.

Поэтому незаконное помещение истца под стражу лишила его возможности общаться с близкими, оказывать им помощь, другие виды поддержки и заботы. Суды этот момент при определении степени душевных страданий не учли, что является нарушением.

А также судами не было учтено, что в период нахождения в СИЗО Зуев получил несколько хронических заболеваний. После же выхода на свободу пострадавший гражданин был вынужден проходить длительное лечение, что способствовало нравственным переживаниям.

Верховный Суд указал, что не была взята во внимание личность истца. До заключения под стражу Зуев не обвинялся в совершенных преступлениях и уголовном преследовании. Поэтому помещение его в СИЗО и длительное нахождение там, подтолкнуло к психической травме.

В иске наличие морального вреда Зуев обосновывал ненадлежащими условиями содержания под стражей. В качестве обоснования доводов в этой части были приведены несколько решений ЕСПЧ по аналогичной категории дел. Однако суды их во внимание не взяли, что также не согласуется с процессуальными правилами.

В итоге Верховный Суд отменил все предыдущие судебные акты и принял новое решение. Он постановил удовлетворить требования Зуева к Министерству финансов РФ в полном объеме.

Ситуация с возмещением морального вреда при оправдательном приговоре меняется

Проанализированное определение Верховного Суда показательно во многих отношениях. Оно может стать толчком для вынесения справедливых решений в отношении граждан, которые незаконно были помещены в следственный изолятор.

Из определения Верховного Суда можно вывести основные доводы, по которым обосновывается сумма взыскиваемой компенсации.

  1. Утрата родственных отношений.
  2. Длительное содержание в ненадлежащих условиях.
  3. Приобретение в СИЗО заболеваний, включая и хронические.

Дела, подобные случаю с Зуевым, довольно редкое явление в российской судебной практике. Связано это с низким числом оправдательных приговоров. Кроме того, часто люди после выхода из СИЗО, просто не имеют сил для борьбы с государством за компенсацию морального ущерба.

А зря, свои конституционные права нужно отстаивать до конца, пример тому история, описанная в этой статье.

Олег Росляков, источник advokat-msk24.ru.

Обязательно поделитесь с друзьями!

Источник: https://advokat-msk24.ru/praktika/kompensatsiya-moralnogo-vreda-za-nezakonnoe-soderzhanie-v-sizo.html

Возмещение вреда в связи с незаконным уголовным преследованием

Компенсация морального вреда за незаконное уголовное преследование практика

Как известно, наибольшему ограничению права и свободы человека и гражданина подвергаются в уголовном судопроизводстве в отношении которых осуществляется уголовное преследование, — подозреваемых, обвиняемых, подсудимых.

Конституционные права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом во имя публичных интересов уголовного судопроизводства только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3 ст. 55 Конституции РФ).

К большому сожалению, на практике до сих пор нередки случаи незаконного (необоснованного) уголовного преследования граждан и ограничения их прав, что нарушает права лица (нередко оно лишено возможности трудиться, осуществлять предпринимательскую деятельности), влечет возникновение права на реабилитацию и возмещение причиненного вреда.

Конституция РФ в ст. 53 закрепляет право лица на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов власти или их должностных лиц.
Более подробно вопросы реабилитации и возмещения вреда, причиненного незаконным (необоснованным) уголовным преследованием, урегулированы УПК РФ в специальной главе.

Так, в соответствии с ч. 1 ст. 138 УПК РФ такие требования рассматриваются в рамках уголовного судопроизводства судом в порядке ст. 399 УПК РФ.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ч. 2 ст. 136 УПК РФ).

Право на реабилитацию возможно и в случаях отказа от обвинения в части или его измемения.

Срок исковой давности по таким искам

Одним из проблемных вопросов является вопрос о соблюдении срока исковой давности при обращении лица с заявлением о возмещении вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, так как об этом напрямую говорит закон.

В соответствии со ст. 196 ГК РФ он составляет 3 года. Пропуск этого срока является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

В соответствии с ч. 2 ст. 135 УПК РФ реабилитированный вправе обратиться с иском о возмещении вреда в суд, постановивший приговор, в течение сроков исковой давности, установленных ГК РФ, со дня получения копии документов, указанных в ст. 134 УПК РФ, и извещения о порядке возмещения вреда.

В силу ст.ст. 196, 200 ГК РФ срок исковой давности составляет 3 года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих прав.

При этом суд может применить положения закона о сроках исковой давности только в случае заявления об этом одной из сторон до вынесения решения по требованию.

Момент с которого признается право на реабилитацию

С судебном заседании, при разрешении вопросов, связанных с реабилитацией, суд не рассматривает вопрос о признании права на реабилитацию, так как этот вопрос уже разрешен и данное право признано за лицом судом или же дознавателем (следователем).

Поэтому суд не вправе отказать лицу в принятии заявления по тем основаниям, что у него не возникло право на реабилитацию.

Однако если суд, следователь (дознаватель) при принятии решения о прекращении уголовного преследования по реабилитирующим основаниям по каким-либо причинам не признал за лицом право на реабилитацию, оно вправе обратиться в соответствующий суд одновременно с требованиями о признании права на реабилитацию и о возмещении вреда, причиненного незаконным (необоснованным) уголовным преследованием. Тем не менее, если в процессе рассмотрения заявленного требования суд пришел к выводу, что данное лицо не имеет права на реабилитацию, он, на наш взгляд, должен разрешить спор по существу и отказать в удовлетворении заявленных требований.

Обеспечение права на защиту

В соответствии с ч. 2 ст. 399 УПК РФ при рассмотрении заявления о возмещении вреда, причиненного незаконным (необоснованным) уголовным преследованием, участвует реабилитированный, который вправе осуществлять свои права с помощью адвоката.

Поэтому, с целью соблюдения права лица на защиту, а так же на участие его в судебном заседании, необходимо извещать заявителя о дате рассмотрения его заявления о реабилитации.

Тем самым ему будет предоставлена реальная возможность участвовать в судебном заседании и реализовать свои права надлежащим образом, в том числе с помощью защитника.

Так апелляционным определением Верховного суда Республики Башкортостан было отменено судебное решение в связи с нарушением права заявителя на защиту. В соответствии с п. 3 ч. 1 ст.

72 УПК РФ защитник не вправе участвовать в производстве по делу, если он ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого в настоящее время им лица.

В судебном заседании по рассмотрению заявления о возмещении имущественного вреда интересы заявителя представлял адвокат которого заявитель и просил привлечь к участию в судебном заседании, однако суд привлек к защите другого адвоката, который ранее по этому уголовному делу защищал другого подсудимого, чья позиция противоречила позиции заявителя.

Иные расходы подлежащие возмещению

Что именно понимается под «иными расходами», понесенными реабилитированным, УПК РФ не разъясняет. Однако, как следует из постановления ПВС РФ от 29.11.

2011 № 171, к таковым относятся как расходы, понесенные непосредственно в ходе незаконного уголовного преследования, так и понесенные в целях устранения последствий незаконного или необоснованного уголовного преследования, включая затраты на возмещение расходов, связанных с реабилитацией, восстановлением здоровья, и др.
На практике таковыми признаются расходы на проведение экспертиз, почтовые расходы, расходы по обязательствам реабилитированного (например, реабилитированным лицом получен кредит для выплаты суммы залога), упущенная выгода. Также заявляются требования о компенсации стоимости имущества, изъятого в ходе незаконного уголовного преследования.

Применительно к вопросу возмещения упущенной выгоды судебная практика является противоречивой: суды по-разному оценивают наличие ущерба, а также отсутствие или наличие возможности заниматься предпринимательской деятельностью. .

Видимо при разрешении вопроса о возмещении упущенной выгоды прежде всего следует исходить из доказанности наличия упущенной выгоды, а также наличия причинно-следственной связи между наступившими последствиями в виде упущенной выгоды и осуществлением незаконного уголовного преследования.

Возмещении расходов на оказание услуг адвоката

Как следует из анализа судебной практики, наибольшие трудности при рассмотрении заявления о возмещении имущественного вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, вызывает вопрос о возмещении расходов на оказание юридических услуг, возникают сложности при определении суммы, подлежащей взысканию, подтверждении понесенных расходов, а также взыскании недополученной заработной платы.
Судебная практика по вопросу определения суммы, подлежащей взысканию в счет расходов на оказание юридической помощи, довольно противоречива. Некоторые суды считают необходимым взыскивать сумму ущерба в таких случаях исходя из принципа разумности и справедливости, в других случаях суды указывают, что нормами действующего законодательства не предусмотрена возможность снижения размера возмещения имущественного вреда исходя из принципа разумности.

Как указал в своем постановлении Конституционный Суд РФ, п.п. 4 и 5 ч. 1 ст.

135 УПК РФ по своему буквальному смыслу и по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, обязывают суд включить в объем возмещения вреда, причиненного реабилитированному лицу в результате незаконного уголовного преследования, все суммы, фактически выплаченные им за оказание юридической помощи, а также понесенные им затраты на возмещение расходов, связанных с рассмотрением вопросов о реабилитации.

Для этого суд вправе как по ходатайству заинтересованных лиц, так и по собственной инициативе получить необходимые доказательства, включая заключение эксперта и показания свидетелей. При этом бремя доказывания размера возмещения возлагается не на самого реабилитированного, в связи с чем сомнения в этом вопросе должны толковаться в его пользу.

Некоторые ученые юристы считают, что объем нарушения прав, подлежащих восстановлению в порядке уголовного судопроизводства, а так же их размер — категории оценочные. Эта оценка должна соответствовать общепризнанным принципам и нормам международного права.

В частности, Европейский Суд по правам человека при присуждении компенсации на оказание юридической помощи неоднократно ссылался на то, что указанные расходы должны быть реальными, разумными и понесенными заявителем по необходимости.

Следует принимать во внимание, что закон не ограничивает количество адвокатов, осуществляющих защиту лица в уголовном процессе.

Соответственно в случае осуществления защиты реабилитированного лица несколькими адвокатами понесенные расходы на оплату их услуг возмещаются полностью, при условии их подтверждения.

При разрешении вопросов относительно подлежащей взысканию суммы расходов на юридические услуги, юридическую помощь важными будут являться сведения о том, принимал ли адвокат участие в следственных действиях, судебных заседаниях.

Источник: https://pershickow.ru/vozmeshhenie-vreda-v-svyazi-s-nezakonnym-ugolovnym-presledovaniem.

Суд пересмотрит размер компенсации морального вреда адвокату за незаконное уголовное преследование

Компенсация морального вреда за незаконное уголовное преследование практика

Верховный Суд РФ вынес определение по спору между адвокатом и госорганами о взыскании с последних компенсации морального вреда за его незаконное уголовное преследование и многочисленные нарушения следствием прав гражданина.

Две судебные инстанции оценили нравственные страдания адвоката в 50 тыс. руб

В мае 2015 г. в отношении адвоката АП г. Санкт-Петербурга Сергея Надеина было возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Его поместили под домашний арест общей продолжительностью 10 месяцев, который затем сменился подпиской о невыезде, длившейся около 15 месяцев. В июле 2017 г.

уголовное дело в отношении адвоката было прекращено за отсутствием в деянии состава преступления, за ним было признано право на реабилитацию.

Впоследствии Сергей Надеин обратился в суд с иском к Минфину России и ГСУ СК РФ по г. Санкт-Петербургу о компенсации морального вреда на сумму 3,2 млн руб. и возмещении судебных расходов в размере 20 тыс. руб.

В обоснование своих требований истец ссылался не только на необоснованное уголовное преследование, но и на незаконные действия следователя во время предварительного расследования по делу, которые ранее были установлены соответствующими постановлениями судов.

В частности, адвокат утверждал, что следствие нарушило его право на помощь защитника по соглашению, незаконно провело обыск по месту его регистрации, допустило утечку его персональных данных.

Сергей Надеин также ссылался на ухудшение здоровья вследствие незаконного уголовного преследования, страдания, связанные с утратой социальных связей и доверия на работе и с отсутствием возможности содержать семью.

Районный суд удовлетворил иск адвоката частично, взыскав в его пользу только 50 тыс. руб. (по 67 руб. за каждый день незаконного применения мер пресечения). Апелляция дополнила решение первой инстанции, лишь взыскав в пользу истца еще 3 тыс. руб. в качестве расходов на представителя.

При вынесении своих решений суды учли тяжесть предъявленного истцу обвинения; его переживания по поводу того, что он не совершал вмененное ему преступление; длительное пребывание его под домашним арестом и подпиской о невыезде. Указанные действия, как указали суды, не могли не оказать негативного влияния на психологическое состояние истца, а также неизбежно повлекли за собой общественное порицание и утрату доверия к нему как к адвокату.

В то же время обе инстанции отклонили доводы Сергея Надеина о физических и нравственных страданиях.

Также были проигнорированы доводы адвоката о причинении ему морального вреда незаконными действиями следователя, выразившимися в ограничении доступа к выбранному защитнику и производстве незаконного обыска по его месту жительства, при этом суды сослались на отсутствие доказательств понесенных страданий именно от этих действий.

Истцу было отказано и во взыскании компенсации морального вреда за незаконную передачу его персональных данных. Кроме того, суды отметили недоказанность ухудшения здоровья адвоката вследствие незаконного уголовного преследования.

Верховный Суд РФ не согласился с выводами нижестоящих инстанций

В кассационной жалобе в Верховный Суд Сергей Надеин просил отменить судебные акты в части отказа в удовлетворении иска в размере, заявленном истцом.

Изучив обстоятельства дела, Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ нашла кассационную жалобу обоснованной.

Высшая судебная инстанция не согласилась с нижестоящим судами в том, что присужденная ими компенсация морального вреда за нахождение истца под домашним арестом и подпиской о невыезде, а также за его уголовное преследование свыше двух лет отвечает принципам добросовестности, разумности и справедливости.

Проведенный Судом анализ гражданско-правовых норм также показал, что при виновном нарушении любых нематериальных благ гражданин имеет право на присуждение компенсации морального вреда.

«Суды не учли, что размер причиненного морального вреда по делам, связанным с незаконным уголовным преследованием, в частности за причинение физических страданий, обусловленных ухудшением состояния здоровья, не должен в обязательном порядке подтверждаться документами о нетрудоспособности или о приобретении лекарств.

При незаконном уголовном преследовании каждый человек испытывает как нравственные, так и физические страдания. Это является общеизвестным фактом, не требующим доказывания в силу ч. 1 ст. 61 ГПК РФ», – отмечено в тексте определения Верховного Суда.

Со ссылкой на постановление судьи районного суда от 18 ноября 2015 г. ВС отметил, что ранее суд признал незаконными допрос следствием защитника подозреваемого Ирины Надеиной в качестве свидетеля, а также решение о ее отводе от участия в уголовном деле в качестве защитника.

Воспрепятствование деятельности защитника нарушило права истца, равно как и незаконная передача его персональных данных адвокату свидетелей по делу, который получил доступ к частной, личной, семейной жизни Сергей Надеина и его персональным данным.

Вследствие указанных обстоятельств истец имеет право на присуждение компенсации морального вреда.

«Поскольку такими действиями следственных органов нарушены личные неимущественные права истца, то законных оснований для отказа в присуждении компенсации морального вреда, в том числе и по этому основанию, у суда апелляционной инстанции не имелось», – отметил ВС в своем судебном акте.

С учетом изложенного Верховный Суд РФ вынес Определение № 78-КГ18-82, которым вернул дело на новое рассмотрение в апелляционную инстанцию.

Эксперты «АГ» поддержали выводы Суда

Редакция «АГ» обратилась за комментарием к Сергею Надеину, однако адвокат отказался комментировать определение ВС. В этой связи были запрошены комментарии сторонних экспертов.

Так, адвокат МКА «Конфедерация» Валентина Леонидченко полагает, что значимость определения ВС заключается в пресечении складывающейся негативной судебной практики, «которая при отсутствии своевременного реагирования вышестоящих инстанций имеет свойство закрепляться».

В то же время эксперт отметила, что комментируемый судебный акт не способен разрешить основную проблему по аналогичным спорам, суть которой сводится к наличию в гражданском законодательстве, в частности ст.

151 ГК РФ, лишь общих оценочных понятий и отсутствию критериев, «которые должны учитываться судами при назначении размера компенсации с учетом специфики дел (тяжесть обвинения, возможное наказание; объект преступления; применимая мера пресечения и ее длительность; значимые последствия и др.)».

В качестве наглядного примера адвокат сослалась на ст.

2 Закона о компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, в которой отмечено, что размер компенсации определяется судом исходя из требований обстоятельств дела, продолжительности нарушения и значимости его последствий для заявителя, с учетом принципов разумности и практики ЕСПЧ. «При рассмотрении исков реабилитированных лиц на усмотрение суда предоставлены и обстоятельства, которые должны учитываться, и критерии оценки, и размер компенсации. Не ограниченное нормами права усмотрение суда порождает значительные расхождения в судебной практике, не исключает вынесения решений, которые не достигают своей цели – неадекватный размер компенсации усугубляет моральные страдания и недоверие к государству, нарушает принцип конституционного равенства перед законом и судом», – полагает Валентина Леонидченко.

ВС присудил почти 2,4 млн руб. компенсации за 38 месяцев незаконного содержания под стражейСославшись на практику ЕСПЧ, Верховный Суд указал, что присужденная первой инстанцией компенсация в 150 тыс. руб. является явно несправедливой

Адвокат АК «Гражданские компенсации» Ирина Фаст отметила, что комментируемый судебный акт является вторым по счету определением ВС, в котором высказываются позиции относительно размера взысканной компенсации и оснований для этого. Она напомнила, что ранее Верховный Суд своим Определением № 78-КГ18-38 от 14 августа 2018 г.

увеличил сумму компенсации по аналогичному делу со 150 тыс. до 2,3 млн руб. со ссылками на практику ЕСПЧ. «Создается впечатление, что суды на местах не слышат позицию вышестоящих коллег. Указанная тема активно обсуждается в юридическом сообществе.

ВС формирует практику по указанным вопросам, “подает сигналы” всему судейскому сообществу, которых должно быть больше», – считает эксперт.

Ирина Фаст напомнила, что 25 сентября прошлого года на круглом столе в ФПА обсуждалась соответствующая тема о неразумной мизерности присуждаемых компенсаций (медианное значение по РФ от 70 до 140 тыс. руб. за вред жизни и здоровью), так и об их неравномерности, когда за схожие случаи могут присудить 100 тыс. или 1 млн руб.

«Стоимость» человеческой жизниЭксперты – о необходимости и возможных подходах к урегулированию судебной практики выплаты компенсаций за нанесенный материальный и моральный вред

Партнер АБ «Бартолиус» Сергей Гревцов позитивно оценил позицию Суда: «В последнее время крайне редко можно встретить судебный акт Верховного Суда, который был бы вынесен в пользу гражданина, а не государства». Тем не менее эксперт с сожалением отметил, что тема размера компенсации до конца не была раскрыта ВС.

«Безусловно, в отношении незаконно привлеченного лица к уголовной ответственности (при разрешении вопроса о компенсации морального вреда по данному факту) обязанность по доказыванию отрицательных фактов не может быть применена.

Крайне тяжело доказать то, что из-за уголовного дела с человеком перестало общаться все его окружение, и теперь он длительное время не может найти работу, поскольку на собеседовании вынужден рассказывать, что причиной увольнения с последнего места работы стало незаконное уголовное преследование. Однако это не освобождает заявителя от обоснования размера компенсации дополнительными доводами и доказательствами. Примером в данном случае служат постановления районных судов, вынесенные в порядке ст. 125 УПК РФ, которыми признана незаконность отдельных следственных действий», – пояснил адвокат.

Сергей Гревцов негативно оценил и то обстоятельство, что Верховный Суд РФ, признав факт явного занижения размера компенсации морального вреда в отношении адвоката, не взял на себя рассмотрение вопроса по существу и направил дело на новое рассмотрение в апелляционную инстанцию.

«Разрешение этого вопроса позволило бы на уровне Верховного Суда РФ сформировать диапазон размера компенсации за различного рода процессуальные нарушения в рамках уголовного дела в отношении реабилитируемых подследственных.

Лучшим показателем влияния на судебную практику станет результат рассмотрения данного дела в суде апелляционной инстанции», – полагает эксперт.

Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/sud-peresmotrit-razmer-kompensatsii-moralnogo-vreda-advokatu-za-nezakonnoe-ugolovnoe-presledovanie/

Судебная практика по реабилитации за незаконное уголовное преследование

Компенсация морального вреда за незаконное уголовное преследование практика

Согласно ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Требование о возмещении имущественного вреда разрешается судьей в порядке, установленном статьей 399 настоящего Кодекса для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора (ч. 5 ст. 135 УПК РФ).

Оправданный гражданин также может получить в качестве компенсации все деньги, которые он потратил в качестве судебных издержек, в том числе все деньги на своего адвоката и/или общественного защитника, а также через суд в гражданском процессе потребовать компенсации морального вреда за его незаконное уголовное преследование.

Спрашивается, справедливы ли решения российских судов при восстановлении прав незаконного привлекаемых граждан к уголовной ответственности?! Ответ очевиден. Можно ли говорить о том, что суды общей юрисдикции исполняют закон, постановления Конституционного Суда РФ и Европейского Суда по правам человека?!

Ответ остается за Вами.

ТРУНОВ, АЙВАР И ПАРТНеРЫ»

Европейский Суд отмечает, что настоящая жалоба объявлена приемлемой. Исследовав представленные ему материалы, Европейский Суд отмечает, что власти Российской Федерации не привели каких-либо фактов или доводов для отступления в данном деле от ранее сделанного вывода.

Принимая во внимание свою прецедентную практику по данному вопросу, Европейский Суд приходит к заключению, что, не исполняя вступившее в силу решение суда в пользу заявителя, национальные власти нарушили его право на доступ к правосудию и воспрепятствовали ему в получении денежных средств, которые он обоснованно мог рассчитывать получить. Калинина Л. Н.

, 1952 года рождения, имеет стаж работы судьей 17 лет, с июня 1982 года — судья Хорошевского межмуниципального суда г. Москвы, ей присвоен второй квалификационный класс. В соответствии со ст.

16 ГК РФ убытки, причиненные гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов подлежат возмещению Российской Федерации, соответствующим субъектом Российской Федерации.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г

Обратить внимание судов на то, что право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.

Возмещение лицу имущественного вреда, причиненного в ходе уголовного судопроизводства, устранение последствий морального вреда и восстановление его в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах осуществляются по основаниям и в порядке, предусмотренным статьями 133-139, 397, 399 УПК РФ, нормами других федеральных законов и иных нормативных правовых актов, регламентирующих указанные вопросы.

Право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 133 УПК РФ, о чем в соответствии с требованиями статьи 134 УПК РФ они должны указать в резолютивной части приговора, определения, постановления. При разрешении требований реабилитированного суд не вправе возлагать на него обязанность доказать наличие вины конкретных должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в причинении ему вреда в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, поскольку в силу положений пункта 1 статьи 1070 ГК РФ, а также части 1 статьи 133 УПК РФ такой вред подлежит возмещению независимо от вины указанных лиц. Право на реабилитацию имеет также лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

Как в России извиняются за незаконное уголовное преследование

«Полицейские сразу же разошлись по дому (у нас 3-комнатная квартира), а меня и понятых завели в ближайшую комнату. Они спросили, какое оружие я храню у себя дома.

Я сразу же указал на два травматических пистолета, которые находились в специальном ящике на высоте 3 м в коридоре, где их никогда не достала бы дочь.

Судебная практика по уголовному делу за дачу ложных показаний? Там же были лицензии на них.

И вот спустя четыре часа в моей спальне, под матрасом, нашли боевой, заряженный пистолет «Макарова», то есть, по их логике, травматику я храню в недоступном для ребенка месте, а настоящее оружие лежит на виду у нее!

При этом, например, уже в 2008 году один из руководителей Санкт-Петербургской таможни получил 3,5 млн руб. за девять месяцев, проведенных в СИЗО», — пояснил Багатурия. Адвокат также добавил, что не так все просто обстоит и с компенсацией материального вреда.

По его словам, де-юре человек имеет право на полную компенсацию всех расходов, но на практике суды, ссылаясь на «разумность и обоснованность», зачастую снижают размер компенсации.

Источник: https://urist-onlain.ru/osvobozhdenie/sudebnaja-praktika-po-reabilitacii-za-nezakonnoe.html

Моральный вред за незаконное уголовное наказание

Компенсация морального вреда за незаконное уголовное преследование практика

Отмеченная позиция и ее обоснование, если их смысл сводится к недопустимости отказа в возмещении вреда при наличии самооговора, представляются не бесспорными и требуют некоторых комментариев.

Судебная практика, как следует из постановления Пленума Верховного Суда СССР от 23 декабря 1988 г. N 15 «О некоторых вопросах применения в судебной практике Указа Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 г.

«О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей», под самооговором понимает заведомо ложные показания подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, которые даны с целью убедить органы предварительного расследования и суд в том, что именно им совершено преступление, которого он в действительности не совершал.

Судебная практика по уголовным делам ВЕРХОВНЫЙ СУД КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕССКОЙ РЕСПУБЛИКИ АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 3 октября 2012 г. по делу N 33-602/12 Судья Копсергенов В.А.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики в составе:председательствующего Дубовцевой А.Н.судей: Сыч О.А., Карасовой Н.Х.при секретаре К.рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению А.

к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного вследствие незаконного привлечения к уголовной ответственностипо апелляционной жалобе А. на решение Черкесского городского суда КЧР от 23 июля 2012 года.

Заслушав доклад судьи Верховного суда КЧР Дубовцевой А.Н., объяснения А., представителя Министерства финансов РФ Б., судебная коллегия установила: А.

Штрафной ущерб

В соответствии с п.

1 статьи 1070 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Please enable javascript

Требования о компенсации морального вреда в размере *рублей необоснованны и явно завышены, не соответствуют принципу разумности и справедливости.

Истцом не представлены доказательства, подтверждающие унижение его чести, достоинства, а также доказательства, из которых бы следовало, что после уголовного преследования к нему изменилось отношение со стороны родных, близких, коллег по работе.

Документов, подтверждающих обращение к следователю за разрешением на выезд за пределы постоянного места жительства, истец не представил.

В связи с отсутствием относимых, допустимых и достоверных доказательств, устанавливающих наличие обстоятельств, обосновывающих требование о компенсации морального вреда и свидетельствующих о причинении значительных физических и нравственных страданий, представитель ответчика просил в иске отказать.

Моральный вред за незаконное осуждение

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения участвующих в деле лиц, судебная коллегия приходит к следующему. В силу п. 1 ст.

1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде возмещается за счет казны Российской Федерации в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке установленном законом.

В этих случаях от имени казны Российской Федерации выступает соответствующий финансовый орган (ст. 1071 ГК РФ). В соответствии со ст.

После увольнения по собственному желанию из ООО А.В., согласно копии трудового договора, принят на работу начальником газовой службы. Факт предоставления А.В.

в период производства по уголовному делу отпуска, а также приобретение им проездных билетов с целью выезда на отдых за пределы места жительства и невозможность выехать в связи с наличием подписки о невыезде в судебном заседании не подтвержден.

Важно

С заявлениями о разрешении выезда за пределы города Шадринска А.В. к следователю или в суд в период производства по уголовному делу не обращался, что не оспаривал в судебном заседании. Таким образом, учитывая характер причинённых А.В.

нравственных страданий, фактические обстоятельства дела, индивидуальные особенности истца, требования разумности и справедливости, суд находит заявленные исковые требования завышенными и определяет размер компенсации морального вреда в сумме *рублей.

Правоотношения сторон в рамках заявленных требований и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие правовое значение, установлены на основании добытых по делу доказательств, оценка которым дана согласно ст.

67 ГПК РФ, в связи с чем доводы апелляционной жалобы не могут повлиять на содержание постановленного судом решения, правильность определения судом прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований к отмене состоявшегося судебного решения. Руководствуясь ст.

ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия определила: Решение Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики от 23 июля 2012 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу А. — без удовлетворения.Инструкции от 2 марта 1982 г.

по применению Положения, речь в данном случае идет о самооговоре, не являющемся результатом применения к гражданину насилия, угроз и иных незаконных мер). Такая позиция основывается на том, что ст.53 Конституции РФ и ст.

1070 ГК РФ не содержат подобных ограничений, а самооговор не снимает ответственности с органа дознания, следователя, прокурора и суда за незаконное привлечение к уголовной ответственности и осуждение невиновного, поскольку именно на них лежит обязанность принять все предусмотренные законом меры для полного, объективного и всестороннего исследования обстоятельств дела и не рассматривать признание обвиняемым своей вины в качестве основания обвинения, если оно не подкреплено всей совокупностью имеющихся по делу доказательств (п.2 ст.77 УПК РФ).

Вред подлежит возмещению с Министерства финансов РФ за счёт казны РФ, поскольку в силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от её имени выступает Министерство финансов Российской Федерации. Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, РЕШИЛ: взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счёт казны Российской Федерации в пользу А.В.

компенсацию морального вреда в сумме *рублей. Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Курганского областного суда в течение десяти дней с подачей жалобы через Шадринский районный суд Курганской области. Составление мотивированного решения отложить до X года.

Судья Е.Е. Жегунова.

УК РФ с присоединением наказания по предыдущему приговору к 5 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима и был освобожден условно досрочно 14 октября 2008 года Курским районным судом Ставропольского края. Также судом первой инстанции учтено, что доводы истца о том, что в период пребывания в СИЗО он заболел туберкулезом, не нашли своего подтверждения в суде — указанное заболевание имелось у А.

ранее. Таким образом, оснований полагать, что взысканная судом первой инстанции сумма занижена, не имеется, присужденная истцу компенсация морального вреда в размере руб. отвечает принципу разумности и справедливости с учетом конкретных обстоятельств дела и степени нравственных страданий истца.

Источник: http://vip-real-estate.ru/2018/05/03/moralnyj-vred-za-nezakonnoe-ugolovnoe-nakazanie/

Юр-вопрос
Добавить комментарий